Райнер Мария Рильке "О Господи!"

О Господи! Мы жальче жалких тварей,

зане у них слепая смерть зверей.

А мы, мы неподвластны даже ей.

Пошли нам смерть-разумницу скорей,

чтоб жизнь она в цветах весенней яри

пораньше заплела нам из ветвей.

Лишь оттого и трудно умирать,

что нас не наша смерть идет прибрать.

Коль смерть свою не делаем мы зрелой,

другая мчит, как вихорь озверелый.

В саду Твоем стоит из года в год,

деревьями себя в нем водружая,

но осень к нам приходит, как чужая.

Как жены-пустоцветы, не рожая,

мы не приносим сладкой смерти плод.

Ужель в моей гордыне я не прав

и лучше нас деревья? Мы же, став

лишь чревом женским, женам подражаем?

Мы с вечностию сотворили блуд

и нашей смерти выкидыш рожаем,

когда нас родовые схватки рвут –

печальный, горько скрюченный зародыш,

закрывший ручками глаза-зачатки,

как будто бы бежит он без оглядки,

лбом упершись в ненаступивший ужас,

и оттого в нем замирает дух.

И все кончают, мучаясь и тужась,

сеченьем кесаревым потаскух.